Кот, который проломил крышу

Нет предела человеческой злобе. Особенно той, что рождается в душонках маленьких, жалких людишек. Такие безо всякой причины брызгают желчью во всех ближних, по поводу и без.

Тяжело иметь рядом с собой подобный сгусток ненависти. Но иногда такой человек оказывается настолько жалок, что его сил не хватает обидеть других людей. Злыдня просто игнорируют. Что-же тогда делать? Ведь ненависть не может жить сама по себе, рано или поздно она должна найти себе жертву или жертвой станет сам ненавистник. Вот тогда и достаётся самым слабым. И зачастую ими оказываются братья наши меньшие.

В фирме, в которой я работаю, есть несколько торговых точек. Наш главный магазин и основной склад расположились в большом дворе. Когда-то это была крупная автобаза некого сельскохозяйственного предприятия. Предприятие кануло в лету, как и государство его содержавшее; территория стала огромной торговой зоной, где по соседству расположилось множество разношерстных фирм.

Во дворе этом, все друг друга знают, часто ходят к соседям на кофе, когда туго с клиентами сидят кучками на улице, обсуждая последние сплетни и вчерашний футбольный матч. Атмосфера, в целом приятная: если когда и случаются дрязги, то всё дурное вскоре благополучно забывается.

Но не зря гласит народная мудрость: «В семье, не без урода». Есть в нашем дворе часовой магазин. Держат его пожилые муж с женой. Эта парочка на общем фоне выделилась сразу: здороваются сквозь зубы, да и то если придётся в лоб столкнуться, постоянно всем недовольны, то им коробки поставили перед складом, то им машина не так стоит, то еще что-то. Правда претензии свои им быстро пришлось научиться держать при себе, местный люд умеет крепко ответить.

Так и вышло, что часовщики быстро стали пустым местом. «Не тот магазин Крысой назвали» — удачно подметил соседский водитель, кивая на магазин канцтоваров «Канцелярская крыса».

Так и шла жизнь в нашем дворе, пока в нём не появился Павлик. Пашка — пёс, приблудился к нам зимой. Совсем щенок был, когда впервые подошел к нашему магазину. Пару раз покормили беднягу, пожалев за костлявые бока, так он и остался жить во дворе, всё больше проводя время у наших магазинов.

Озорной пёс быстро стал всеобщим любимцем. В Павлике души не чаяли. Каждое утро он стабильно выбирал из двух блюд: педигри или полный пакет собранных с завтраков гостинцев. Павлик не стеснялся, съедал всё из меню, а потом устраивал игрища, забавляя себя и остальных.

Однажды приключилась беда, на Пашку случайно наехали тележкой и сломали ему ногу. Выхаживали всем миром, в складчину вызвали ветеринара, чтобы тот наложил шину, да сделал обезболивающий укол. Потом целый месяц следили за ним, чтобы не дай бог, не повредил себе лапу еще раз, кормили по особенному.

Пашка поправился.

После того как сняли шину, почти не хромал, так хорошо срослась кость. Но что обычному человеку радость, то подлецу главный раздражитель. Часовые крысы сразу невзлюбили пса. Наконец-то у них появился объект для ненависти, такой который не пошлёт на три интимных буквы, который не сможет за себя постоять.

И дня не проходило, чтобы Павлик не «отгонял у них покупателей», не «гадил у порога», не «вызывал аллергию», да что там в подробности вдаваться — пёс стал причиной всех бед.

Сначала часовые мыши просто ходили и ныли возле наших магазинов, но после пары резких ответов поняли, что так можно и на грубость нарваться. Мыши поменяли тактику, они начали пилить начальство. А начальство оно что, они тоже люди, видят, что Пашка мухи не обидит и проблем от него нет, поэтому и они мышиные причитания пропускали мимо ушей: «Все вопросы к хозяину территории».

Но вот беда, и тому оказалось на безвредного пса начхать — бегает и пусть бегает.

Так Пашку отравили первый раз. Бедный не ел несколько дней, едва ноги передвигал. Только выйдет, бывает, из будки (да, да ему к этому времени целый дворец всем миром построили), сделает несколько глотков воды и шатаясь, снова побредёт к себе. Но дворняги, они живучие; Пашка справился, переборол отраву и через пару недель снова, как ни в чём не бывало, бегал по двору на радость всем.

Крысы давились желчью. Однажды по весне Павлик пропал. Подумали, что грызуны, от него таки избавились. Но пронесло, Пашка просто загулял. Вернулся через две недели хромой, изодранный, исхудавший. Снова начали его выхаживать, откармливать. Тут его и отравили второй раз.

К слову, справедливость на свете есть. В тот же день, когда Павлик слёг, мышь-самец на ровном месте въехал на своей новенькой Тойоте под Камаз, где благополучно распрощался с бампером своей машины. А Пашка, назло грызунам снова поправился.

Тогда они перешли в решающую атаку, начав грозить хозяевам территории жалобой в различные инстанции. Так в один прекрасный день крысы одержали победу — Пашка исчез навсегда.

Негодованию не было предела, но что поделаешь — устраивать войну глупо, так всё и улеглось. Только пусто стало во дворе без озорного пса. Так вышло, что я больше двух месяцев не появлялся во дворе, работая в другом конце города. И вот вчера снова пришел на основной магазин, а там новый питомец — Рыжий. Рыжий — кот. Приблудился, точно так же и точно так же успел за месяц стать любимцем публики. Вот только котов грызуны особенно ненавидят.

Что-же придумать на это раз? Кот ведь никого не покусает, детей не испугает. Придумали. Стоило ли удивляться когда крысы разнесли по всей округе, что у них крыша потекла и виной тому кот (!). Да, кот проломил крышу, крышу из толстого листового железа.

Дальше и сказать нечего, жалко мне даже в глубине души таких злобных созданий, ведь без страха не взглянешь, вся желчь в каждой морщинке лица, в каждом нервном подёргивании желваков, другим жизнь отравляют, но себя прежде всех жрут, в своей злости загнивая. Тьфу. Вот лучше на кота посмотреть, кота, который проломил крышу.